Специалисты и вирусологи, работающие в лабораториях с высоким уровнем биологической защиты (BSL-3 и BSL-4), усомнились в версии о том, что сотрудница иркутского НИИ, скончавшаяся от легочной чумы, могла заразиться из-за случайно разбитой пробирки с патогеном.
Экспертное сообщество и коллеги погибшей отмечают, что подобный сценарий практически исключен протоколами безопасности, принятыми в учреждениях подобного уровня.
Основные аргументы специалистов
- Специализированная тара:
- В современных научно-исследовательских институтах микробиологии работа с особо опасными инфекциями давно не проводится в тонкостенных стеклянных пробирках. Для транспортировки и центрифугирования штаммов используются высокопрочные полимерные контейнеры и пробирки из полипропилена, которые не бьются при падении.
- Ламинарные боксы изащитные барьеры:
- Все манипуляции с возбудителями I–II групп патогенности (к которым относится Yersinia pestis) проводятся внутри ламинарных шкафов с направленным воздушным потоком и HEPA-фильтрами. Даже при проливе культуры аэрозоль не вылетает в помещение, а немедленно улавливается вытяжной системой.
- Индивидуальная защита и регламент:
- Персонал работает в противочумных костюмах или автономных изолирующих скафандрах с принудительной подачей воздуха. Если бы происшествие с разгерметизацией действительно произошло, сотрудница была бы обязана немедленно активировать протокол аварийной ситуации, объявить экстренную дезинфекцию и начать прием экстренной профилактики (антибиотиков).
Ученые склоняются к тому, что причиной трагедии мог стать иной фактор — от микроскопического прокола перчатки или нарушения регламента при утилизации отходов до заражения за пределами лаборатории при контакте с природным очагом инфекции.
Официальные ведомства и Роспотребнадзор пока не подтверждают ни версию с механическим повреждением емкости, ни сам факт лабораторного происхождения заражения, продолжая расследование причин инцидента.