Ситуация в Ормузском проливе становится критическим тестом для Североатлантического альянса. Вашингтон усиливает давление на европейских партнеров, настаивая на их активном включении в американо-израильское противостояние с Ираном. Масштаб противоречий внутри блока заставляет экспертов сомневаться: сохранит ли НАТО единство перед лицом кризиса, который выходит далеко за границы традиционной зоны ответственности организации.
В центре дискуссий оказалась Статья 4 Устава НАТО, регулирующая механизм официальных консультаций. Она позволяет союзникам созывать совет, если кто-то из членов альянса видит угрозу своей территориальной целостности или безопасности. Бывший главнокомандующий силами НАТО в Европе Филип Бридлав считает, что отсутствие таких консультаций сегодня — главная ошибка. По его мнению, жесткая риторика Вашингтона и взаимные упреки в прессе должны уступить место диалогу. Кризис в Персидском заливе следует рассматривать не как обузу, а как возможность для альянса адаптироваться к вызовам новой эпохи.
Критиков структуры НАТО часто смущает ее ориентированность на классическое противостояние с Россией, которое длится уже более двенадцати лет, начиная с событий 2014 года. Однако Бридлав подчеркивает, что альянс обладает уникальными инструментами, необходимыми в зоне пролива прямо сейчас — например, двумя постоянными группами противоминных сил. Эти высокотехнологичные флоты могли бы дополнить усилия США в регионе, особенно в вопросах разминирования акватории.
Процедура участия блока в подобных операциях строго регламентирована: командующий силами НАТО в Европе (SACEUR) лишь предлагает варианты Североатлантическому совету (NAC), который и принимает окончательное политическое решение. Если консенсуса достичь не удастся, альтернативой может стать «коалиция желающих» — формат, при котором отдельные страны альянса действуют сообща под его флагом, координируя усилия и ресурсы.
Геополитическая значимость вопроса усиливается тем, что Иран заручился поддержкой Москвы и Пекина. Пока западный мир не демонстрирует единства, Тегеран чувствует себя увереннее, понимая, что основное бремя противостояния несут лишь Израиль и США. Соединенные Штаты, вероятно, продолжат операцию в любом случае, однако участие Европы, а также Японии и Австралии, могло бы стать мощным сигналом для стратегических противников Запада и изменить баланс сил в этом асимметричном кризисе.
