Журналистка Анна Яровая, переехавшая из России в Финляндию еще в 2018 году, во время поездки к родителям в Петрозаводск в феврале 2026 года столкнулась с принудительным вниманием российских спецслужб. В квартире ее родителей сотрудники ФСБ провели многочасовой «осмотр» и «опрос», изъяв технику и пытались подвести ее к признанию в якобы сотрудничестве с финскими службами безопасности. Силовики расспрашивали, о чем с ней говорили при получении паспорта в финской полиции, и намекали на возможные проблемы с памятью. В ходе общения сотрудники прямо упоминали статью о государственной измене и намекали на дело общественника Павла Андреева, создавая психологическое давление и вынуждая подписывать протоколы. После прямой рекомендации адвоката о том, что ее «дали время уехать, но завтра она может отправиться не туда, куда планировала», Яровая экстренно выехала из страны и считает, что путь назад для нее теперь закрыт.
В интервью журналу «Север.Реалии» Яровая рассказала об ощущениях от поездок по северо-западу России за три года войны. По ее наблюдениям, внешняя жизнь в крупных и туристических городах, таких как Выборг и Сортавала, продолжается: развивается внутренний туризм, открываются заведения, а магазины наполнены товарами и туристами из Китая. Однако с другой стороны — стремительно растут цены, а на кладбищах появляются все новые захоронения. Многие жители, не поддерживающие политику властей и военные действия, вынуждены молчать из соображений безопасности и искать способы психологической защиты в бытовых делах, природе и простых радостях.
Яровая также отметила, что полная отмена и разрыв человеческих, культурных и научных связей со стороны европейских институтов стали ошибкой, сыгравшей на руку российской пропаганде. По ее мнению, прерывание контактов с обычными людьми лишь укрепляет нарратив о «кругом врагах». Сама журналистка признает, что после угрозы уголовного преследования ее собственная позиция относительно общения с поддерживающими режим людьми стала предельно жесткой, а прямой контакт с оставшимися в России родственниками теперь возможен только на нейтральных территориях или с большими логистическими трудностями.