В списке результатов новозеландской миграционной лотереи есть номера заявок. Имена искать бесполезно. Семья из четырёх человек может стоять за одним номером, а если он выпал, семье ещё предстоит получить разрешение на проживание. Так устроен розыгрыш по программе Pacific Access Category. Для участника важнее всего найти в таблице собственную заявку. Для экономиста особенно интересны как раз те номера, которых в списке нет.
20 мая 2026 года Новая Зеландия провела очередную такую жеребьёвку. На граждан Тонга в ней приходилось до 250 мест. Как объяснила иммиграционная служба 29 мая, квота считается в людях, а жребий тянут среди заявок, куда могут входить несколько членов семьи. Речь идёт о приглашении подать документы. К моменту розыгрыша участники сделали один и тот же существенный шаг: заявили, что хотели бы уехать. Когда два десятилетия назад исследователи воспользовались этим обстоятельством, им удалось поставить редкий вопрос. Как сложилась бы жизнь самого мигранта, останься он дома?
С кем сравнивать уехавшего
Можно узнать заработок жителя Тонга в Окленде, пересчитать его в нужную валюту и поставить рядом со средней зарплатой на родных островах. Но уезжать собираются далеко не все. Один человек заранее разузнал о вакансиях, другой готов сменить профессию, третьему родственники обещали жильё на первые месяцы. Некоторые из этих обстоятельств попадут в анкету, другие останутся за её пределами. Они способны сказаться на заработке и дома. Средний житель острова удобен для сравнения ровно до того момента, когда нужно понять, какую прибавку дал сам переезд.
Жеребьёвка предложила другую пару. По обе стороны оказались люди, которые нашли программу, зарегистрировались и были готовы хотя бы рассмотреть отъезд. Дальше их разделил случай. Это не делает любые две семьи одинаковыми. Зато при сравнении достаточно больших групп уже нет оснований ожидать, что жребий систематически выбирал самых предприимчивых или самых обеспеченных. В проигравшей группе можно наблюдать ту часть истории, которая обычно исчезает из поля зрения после отбытия самолёта.
Остаётся одна тонкость. Среди 4 696 основных заявителей розыгрышей 2002–2005 годов были отобраны 367. По административным данным, доступным исследователям в конце 2012 года, из этих победителей 307 получили одобрение и хотя бы раз переехали в Новую Зеландию. Остальные 60 не переехали. В свою очередь, некоторым первоначально проигравшим удалось уехать позднее. Поэтому в исследовании Джона Гибсона, Дэвида Маккензи, Халахингано Рохоруа и Стивена Стиллмана отдельно оценены последствия выигрыша и последствия самого переселения. Если просто вычеркнуть победителей, которые остались дома, в сравнении вновь появится отбор по личным обстоятельствам.
Деньги через год и через десять лет
В первый год оценённый исследователями прирост дохода составил 263 процента. Чтобы правильно прочесть число, удобно начать со ста условных единиц. Прибавка в 263 процента означает итог в 363 единицы. Это средняя оценка для изученных участников программы. Её нельзя подставлять в расчёт зарплаты конкретной семьи, тем более в ценах сегодняшнего Окленда.
Когда авторы вернулись к участникам почти через десять лет, преимущество в доходе оказалось примерно того же масштаба, что и в начале. Тем временем люди получали новые квалификации, меняли работу и место жительства. Почему это не видно как вторая большая прибавка? Здесь важно, что в сравнении двигались обе стороны. За те же годы оставшийся на Тонга человек мог набраться опыта, найти лучшую должность и больше зарабатывать. Постоянный разрыв между группами вполне совместим с переменами в жизни каждого. По одной только карьере уехавшего этого не разглядеть.
Сколько стоит рыба, которую поймали сами
Особенно любопытны в работе вопросы о расходах. Зарплату сравнительно легко назвать в новозеландских долларах, но семейный стол от этого ещё не посчитан. Исследователи включили в потребление стоимость еды, которую семья вырастила или поймала сама. Иначе купленная рыба попадала бы в статистику, а такая же рыба, принесённая домой с берега, исчезала бы из бюджета. Авторы также собирали цены в обеих странах и сопоставляли показатели на семью и на человека. После отъезда меняются сразу две величины: сколько поступает денег и сколько человек живут на эти деньги.
В отдельной работе о тех, кто остался, экономистам пришлось ещё раз внимательно посмотреть на состав семьи. Если по условиям программы все члены домохозяйства могли уехать вместе, после их отъезда на острове просто некого опрашивать по прежнему адресу. В другом доме могли остаться родители или взрослые родственники. Для честного сравнения здесь нужны семьи похожего состава и среди проигравших. Две одинаковые суммы переводов могут иметь совершенно разный смысл в доме, откуда уехал единственный работник, и в доме, где сохранились прежние заработки.
Номер из майского списка говорит о будущем семьи совсем немного. Но у старых списков есть редкое достоинство: по ним можно восстановить круг людей, которые когда-то стояли перед одним выбором. Если спросить только у тех, кто оказался в Новой Зеландии, рассказ закончится суммой на расчётном листке. Если разыскать и тех, чей номер тогда не выпал, у этой суммы появляется точка отсчёта.
Окленд, Новая Зеландия. Фото: Sulthan Auliya / Unsplash.