Возьмём короткий кусок плёнки: рука тянется к двери, останавливается и только затем нажимает на ручку. Допустим, от начала движения до конца прошло 72 кадра. При скорости восемнадцать кадров в секунду зритель увидит четыре секунды действия. При двадцати четырёх их останется три. Все фотографии на месте, ни одного движения ножницами по плёнке. И всё-таки человек во второй версии решается войти ощутимо быстрее. Вместе с секундой у актёра отняли часть сомнения.
Такой маленький опыт помогает понять масштаб одного из решений, принятых при восстановлении «Наполеона» Абеля Ганса. В 2024 году Французская синематека представила семичасовую реконструкцию картины 1927 года. Как объясняет публикация синематеки, для всей этой версии восстановили скорость восемнадцать кадров в секунду. Прежде с такой скоростью показывали лишь эпизоды в Бриенне. Знакомый фильм изменился даже там, где отдельная фотография оставалась ровно той же.
Что можно измерить на катушке
У рулона плёнки есть длина. Можно пересчитать кадры между двумя склейками, увидеть, на каком месте меняется план, найти надпись, разделяющую сцены. Но на лежащей в коробке ленте у жеста ещё нет длительности в секундах. Она появится, когда через аппарат за единицу времени пройдёт определённое число изображений. Привычные двадцать четыре кадра закрепились как стандарт в эпоху звукового кино. У немой картины скорость входит в число обстоятельств, которые архиву приходится устанавливать отдельно.
Британский киноинститут подробно описал такую работу на другом материале. В рассказе о восстановлении немых фильмов Хичкока куратор Брайони Диксон ставит вопрос о скорости рядом с вопросами о первоначальной длине фильма и о том, какая именно версия дошла до архива. Иногда пригодится даже сокращённая копия для домашнего показа. Её можно сопоставить с большой плёнкой, чтобы уточнить порядок кадров или место титра. При этом хронометраж домашнего сеанса мало что скажет о времени, которое зритель провёл на премьере.
С «Наполеоном» трудность была особенно заметна. За знакомым названием скрывалась долгая история перемонтажей и реконструкций. В досье проекта синематека указывает на список эпизодов, обнаруженный в фонде Ганса в 2012 году. Он помог команде Жоржа Мурье реконструировать большую версию, задуманную режиссёром. Вопросы «какие сцены сюда входят?» и «с какой скоростью их показывать?» пришлось решать оба. Из одной только разницы между продолжительностью старой и новой копий невозможно вычислить, сколько минут утраченного действия удалось вернуть.
Как услышать разницу
Самый чувствительный свидетель изменения темпа сидит перед экраном спиной к публике. Музыканту нужно подвести фразу к движению актёра или к смене плана. Если эпизод кончается раньше, завершающий аккорд может прийтись уже на другое лицо. Внутри короткой сцены музыкант ещё успеет подстроиться. Но когда меняются и длительность, и монтаж целой картины, прежняя партитура требует пересмотра. Создатели реконструкции Ганса объясняли, что существовавшие музыкальные версии расходились с большой версией фильма по обоим этим параметрам.
Зритель тоже считывает темп, хотя обычно приписывает впечатление режиссёру или актёру. Особенно хорошо это заметно в простом встречном монтаже. Сначала мы видим человека, который задал вопрос, затем того, кто собирается ответить. Даже если слова написаны на титре и мы успели их прочитать, время до первого движения губ остаётся частью ответа. Пауза может придать ему вес, упрямство, растерянность. Привычка воспринимать всякое быстрое движение в старом кино как особую манеру актёрской игры скрывает вклад аппарата, через который показали конкретную копию.
Сколько кадров у цифровой секунды
Казалось бы, с исчезновением механического проектора трудность должна исчезнуть. Однако у цифрового зала тоже есть набор поддерживаемых режимов. Международная федерация киноархивов рекомендует сохранять историческую частоту показа, а когда аппаратура этого не позволяет, готовить цифровую версию, которая воспроизводит исходный темп. Это две отдельные характеристики копии: как часто обновляется изображение на экране и сколько разных исходных кадров зритель видит за секунду.
Для наглядности представим экран, способный показать 36 кадров в секунду. Если каждый из восемнадцати исходных кадров удержать на два такта, жест займёт положенное ему время. Следующее положение руки всё ещё берётся с плёнки. Когда же программа сама вычисляет промежуточное положение пальцев, у жеста появляется изображение, которого камера никогда не снимала. Длительность можно сохранить в обоих случаях, а происхождение видимого на экране будет разным. Именно поэтому слова «более плавное движение» плохо заменяют описание проделанной работы.
Обычно в программке первым делом ищут год, режиссёра и имя исполнителя. На показе немого фильма стоит задержаться ещё на двух сведениях: какая перед нами реконструкция и для какого темпа она подготовлена. Тогда семичасовой «Наполеон» предстанет результатом вполне конкретных решений, вплоть до отрезка между двумя соседними кадрами. И когда актёр на экране на мгновение замешкается, у зрителя останется время это заметить.
Тематическая фотография: Jeremy Yap / Unsplash.